Телефоны для связи
379
Статьи
Балаган в "Балаганчике"
26 марта 2018, 17:19
Скопировать ссылку
Выделить
главное

Сцены из реальной жизни актеров саратовского муниципального театра

Писать о внутренних конфликтах в театре - дело крайне неблагодарное. Актеры, как многие люди искусства, крайне ранимы, обидчивы, трогательны, возвышенны, но нередко и одновременно - завистливы, жестоки и подлы по отношению друг к другу. Конечно, это касается не всех, но, поверьте, многих. И неискушенному журналисту, и стороннему человеку вообще порой крайне трудно разобраться в том или ином конфликте мастеров сцены. А вот обидеть можно всех - и правых, и виноватых. Более того, в итоге ты - бесстрастный судья из постороннего театру мира - можешь легко оказаться "крайним" и главной причиной новой бучи. Поэтому я и многие мои коллеги обходим стороной внутритеатральные страсти, как заповедный лес. Мол, разбирайтесь, ребята, сами, кто из вас хищник, а кто травоядный. Думаю, что правильность такого подхода понимают и сами служители Мельпомены. Но случаются и исключения, когда журналистское хирургическое (или терапевтическое) вмешательство в дела театральные необходимо.

В последнее время сор из избы выносили практически все саратовские (и не только) театры. В конце февраля-начале марта 2018-го пришла очередь вызвать на публичные дебаты и один из самых лучших (если не лучший) камерных театров Саратова - "Балаганчикъ".

Открытое письмо

Думаю, многие из театральной среды уже догадались: речь об открытом письме режиссера и композитора театра "Балаганчикъ" Игоря Гладырева на имя начальника управления по культуре саратовской горадминистрации Виталия Емельянова. Вот это письмо:

"Уважаемый Виталий Васильевич!

Прошу Вас обратить внимание на достаточно острую ситуацию в театре "Балаганчикъ", сложившуюся в последнее время. Драматических театров в нашем городе достаточно много и конкуренция между ними довольно велика. Превращение "Балаганчика" в еще один драмтеатр не представляет, с моей точки зрения, никакого смысла. Наш театр ценен и интересен Саратову прежде всего своей уникальностью. Уникальностью музыкально-поэтического жанра, который мы придумали и реализуем в наших спектаклях на протяжении уже почти 30-ти лет. Литература, являющаяся основой наших спектаклей – это русская классика, что важно и само по себе, и с точки зрения популяризации русской культуры и русского языка среди зрителей нашего города, прежде всего – молодого поколения.

Назначенный Вами новый директор театра Капустина А.Б. не только не сумела разобраться в специфике нашего театра, но и целенаправленно меняет жанровую направленность "Балаганчика", уничтожая тем самым нашу уникальность. Не буду приводить конкретных решений и приказов нового директора, которые к этому ведут. Важен результат – систематические отмены ключевых репертуарных спектаклей, неумение и нежелание организовать рекламу спектаклей, невнятный репертуар марта 2018 г., из которого решением Капустиной наиболее интересные и ценные спектакли просто вычеркнуты; постоянные призывы ко мне снять с репертуара спектакли, определяющие нашу уникальность: "Ду-Ду", "Контрапунктом", "ANNO DOMINI", "Твой Ангел", детские спектакли, абсолютно уникальные в своем роде, "Звезда Рождества", "Жила – была деревенька" "Кузьминки по старинке", "Моя Вообразилия".

В нашем театре (единственном в Саратове) ставятся спектакли по стихам саратовских поэтов. Важность этой работы, с моей точки зрения, неоспорима. Проводились творческие вечера с саратовскими поэтами О. Роговым С. Покровской, С. Рыженковым, И. Ромащенко, И. Сорокиным, А. Сокульским, для нас специально пишут пьесы (С. Рыженков, А. Сокульский и др.) Все это Капустиной также не интересно.

Благодаря личностным качествам Капустиной театр сотрясают постоянные конфликты. Творческая атмосфера ухудшается с каждым днем.

Прошу Вас разобраться в этой ситуации и принять меры к устранению конфликтной атмосферы в театре. С моей точки зрения, Капустина А.Б. наносит непоправимый вред "Балаганчику". Прошу Вас рассмотреть вопрос о назначении на должность директора другой кандидатуры. Нам нужен директор, который с уважением относился бы к нашей уникальности, нашим традициям, нашим успешным спектаклям и к людям, работающим в "Балаганчике".

Игорь Гладырев".

После прочтения этого письма у меня мгновенно возникли два вопроса. 1. Почему претензии по репертуарной и художественной политке театра предъявляются не к худруку "Балаганчика", а к его директору, назначенному всего три месяца назад? 2. Если в театре все так плохо, то почему мы имеем дело не с коллективным обращением труппы, а с одиночным? Чтобы ответить на эти вопросы, мы и решили нарушить границу заповедника "Балаганчикъ".

Игорь Гладырев: "Театр - это я"

Найти театр и просто, и сложно одновременно. Если повернуть с Вольской на улицу Челюскинцев, на стене ближайшего дома будет виден указатель. На двери дворофона также написан номер "Балаганчика". А вот во дворе найти театр мне удалось не сразу. И это несмотря на то, что расположен он почти сразу справа от входа, в цокольном этаже дома. Его афишная тумба и скромная вывеска с названием заведения так гармонично слились с огромными сугробами, что я невольно проскочил мимо.

Была суббота. В театре не оказалось никого, кроме Игоря Гладырева, который специально пришел на встречу со мной. Накануне вечером у Игоря был спектакль "ANNO DOMINI". Возможно, именно поэтому он выглядел усталым и слегка рассеянным. Но в итоге мы поняли друг друга.

- Давайте я вам сразу все поясню, - начал Гладырев. - Мне сейчас, честно говоря, не нужна особая информационная кампания. Просто так сложилось, что... В общем, начальник управления по культуре Саратова - человек в информационном смысле не искушенный.

- Игорь, а в чем все-таки главная причина вашего письма?

- Понимаете... Я - основатель "Балаганчика". По сути, Игорь Гладырев - это и есть театр. И сейчас я вижу, что он может умереть. Как, впрочем, и я. Помните, как у Булгакова: "Страшно не то, что человек смертен, а то, что он внезапно смертен". Театр - это моя жизнь. Мы создали его в конце 80-х, и столько всего прошли, даже не представляете! Придумали его как нечто небывалое. Мы тогда были настоящими революционерами, противостояли кондовой театральной классической системе. Это был своего рода прорыв - театр музыкально-поэтической драмы. Такого тогда не было вообще! Да и сейчас только кое-где встречается. Поэтому я и хочу спасти наше творение от посредственности, от... Понимаете, обычных драматических театров в Саратове предостаточно. Вот если честно, знаете в чем причина моего протеста? Я за свободу. Ну не люблю я "Единую Россию"... Протест наш - не прямой, но ощущается почти в каждой постановке. А нас сейчас этот протестный дух заставляют убрать и делать вещи на потребу, дешевки...

- Вы ощущаете цензуру?

- Да. Но если до прихода Капустной мы и с бывшим директором, и с художественным руководителем, пусть и спорили, но находили какой-то творческий компромисс , то при Капустиной...

- Что изменилось?

- Изменилось все и в одну секунду! Именно так - в одну секунду. Она сразу дала понять: "Я здесь хозяйка!" То есть не творчество главное, а торгашество. Все, что мы создавали десятилетиями, все наши лучшие работы - в мусорную корзину!

- Игорь, но разве репертуарная политика - это не удел художественного руководителя театра?

- У нас - нет. У нас главный - директор, чиновник. Что же касается худрука... Лена (Елена Смирнова - авт.) - очень хороший человек, великолепная актриса, крепкий режиссер... Да она - моя бывшая жена. Но это к делу не относится. Несколько лет назад я, когда отказался от должностей худрука и директора, именно ее пролоббировал на место художественного руководителя. У меня с Леной очень много воспоминаний. Ведь мы, по сути, с ней стояли в основе "Балаганчика". Именно я заразил ее идеей того театра, который пока еще есть и который стремительно хотят уничтожить.

- Игорь, но как тогда объяснить следующую реакцию Елены Смирновой на ваше открытое письмо Емельянову?

"Я, Елена Гладырева (она же Елена Смирнова - авт.), художественный руководитель театра "Балаганчикъ", заявляю, что конфликт, о котором здесь написано, существует только в одном месте - в голове автора этого заявления. Репертуарную политику, жанровую направленность театра осуществляю я, это прописано в моих должностных обязанностях. Ещё раз со всей ответственностью заявляю, что она не изменилась с приходом нового директора, приоритет в репертуарном плане музыкально-поэтических спектаклей налицо, что доказывать не имеет смысла - достаточно увидеть нашу репертуарную афишу. Оставляю на совести Игоря Альбертовича эту поднятую им "бурю в стакане воды" и не считаю уместным здесь комментировать его мотивации"?

- Ну, Лена тоже может ошибаться. Она просто не отдает отчет в том, что на самом деле происходит в театре.

- А почему некоторые из актрис на высказывание Елены Смирновой прореагировали, мягко говоря негативно и чересчур эмоционально, если не сказать: по-хамски? В театре на самом деле все напряженно?

- Напряженно. И это - главная претензия к госпоже Капустиной. Именно при ней нервная система театра пошла вразнос. Я ребят и девчат, конечно, сдерживаю, но не всегда получается.

- В чем причина того, что вас не поддержали другие актеры?

- Что значит "не поддержали"? Я же говорю - у нас сейчас не "Балаганчикъ", а настоящий балаган! Всех стравили друг с другом! Именно поэтому я и сказал: "Ребята, не дай Бог, вы сейчас свои подписи поставите, а вас потом расстреляют. Нет, давайте пока я сам крест этот понесу".

Сцена

Наш разговор с Игорем Гладыревым происходил в крохотной комнате, которую в "Балаганчике" называют мужской гримерной. Большую ее часть занимают стол, старый мебельный кухонный уголок и холодильник. Игорь угощал меня чаем в каких-то полусувенирных бокалах. На том, что достался мне, было имя "Елена"...

Я никогда не был в "Балаганчике" и по завершении беседы попросил показать Игоря их зрительный зал. Два шага вперед , и мы - посередине проходного, едва расширенного (метров 20) коридора.

- Вот зал, - говорит Гладырев.

- Это зал?! А где сцена?

- Сцена? Да мы на ней стоим!

На самом деле мы стояли на участке пола, выделенном от основного пространства голубовато-серой краской. Я не привык к таким сценам. И да - я, похоже, ничего не понимаю в особенностях современного камерного муниципального театра...

Продолжение следует