Еще Павел Ипатов делал вид, что не знал про заявление о собственной отставке, как его любимые министры стали покидать корабль.

Некоторые громко хлопали дверями, беспорядочно бегали по верхней палубе, выбрасывая за борт надувные спасательные плоты. Другие, напротив, предпочли либо отсидеться на нижних палубах, либо покинуть тонущий корабль еще до того, как он дал течь.

Однако были среди команды Павла Ипатова и такие чиновники, которые твердо следовали букве и духу Трудового кодекса РФ. Так, например, по данным «Времени», готовы к дальнейшему сотрудничеству и находятся на своих боевых постах такие господа, как Александр Бабичев, Александр Игонькин, Игорь Шопен, Владимир Синюков и многие другие. Но мы начнем не с самых законопослушных, а с тех, кто побежал в отставку чуть ли не раньше своего шефа.

23 марта 2012 года, когда с момента сообщения об отставке Ипатова прошло несколько часов, стало известно, что зампред правительства Саратовской области Дмитрий Федотов покидает пост. Свое бегство он объяснил истечением срока контракта, а также смертельной усталостью. Вот что поразительно: на чье имя написал заявление г-н Федотов? На имя губернатора, который уже ушел в отставку, или на имя исполняющего обязанности?

Согласно действующему трудовому законодательству, г-н Федотов должен был поступить следующим образом: написать заявление на имя Ипатова еще до того, как тот подписал свое заявление об уходе, или дождаться, когда в должность вступит и.о. губернатора, и написать заявление уже на его имя. Но в первом случае это выглядело бы не иначе, как предательство шефа. Во втором случае Федотов должен был отработать не менее двух недель хотя бы для того, чтобы сдать дела либо своему преемнику, либо первому заму. Вот почему мы считаем, что это было бегство. Причин тому было немало. Тяжелые обвинения, прозвучавшие из уст председателя Счетной палаты Саратовской области Андрея Саухина в адрес Дмитрия Федотова, повергли в ужас не только зампреда, но и многих присутствовавших на том историческом заседании областной Думы.

23 марта 2012 года в 16.02 мск стало известно, что министр здравоохранения Саратовской области Лариса Твердохлеб ушла в отпуск. Источник, близкий к региональному правительству, сообщил, что Лариса Васильевна уже не вернется на работу после отдыха — ее заявление об отставке ожидает подписания. По словам источника, такое решение было принято после добровольной отставки губернатора.

Вот и еще один пример юридической казуистики, а именно: на чье имя было написано заявление Ларисы Твердохлеб, если решение об уходе она приняла сразу после отставки Ипатова? В чьем кабинете ожидает подписания это заявление на данный момент? Не будем гадать. Отставки Ларисы Твердохлеб ранее потребовали депутаты областной Думы, посчитав работу возглавляемого ею министерства провальной. Спас Ларису Васильевну от ухода в политическое небытие сам губернатор Павел Ипатов, который сыграл роль спасательного круга для министра здравоохранения. Как только этот круг сдулся, потянулась к берегу и Лариса Васильевна. Надо отдать ей должное — эта мужественная женщина не стала ссылаться на усталость, окончание контракта или на злобных депутатов вкупе с неистовым Саухиным. Она лучше всех поняла, что без Ипатова места в правительстве области ей нет.

Следом за Твердохлеб, минутой раньше или минутой позже, не столь важно, о своей отставке заявили глава минпечати Наталья Есипова, глава мининвеста Ирина Блохина и глава минспорта Владимир Пашкин. Однако официальные источники на тот момент эту информацию еще не подтверждали, ссылаясь на «отсутствие официальных документов». Чуть позже выяснилось, что Пашкин и Блохина от скоропалительной отставки решили воздержаться.

Как и следовало ожидать, из своего министерского подполья подал голос и скандально известный экс-министр образования Гарри Татарков. Он также заявил, что уходит, теперь уже — насовсем.

Так поступили любимые министры Павла Ипатова, но, кроме любимых, были еще и любимейшие — те самые, которые пришли с Ипатовым править Саратовской областью еще на первом сроке. Они оказались гораздо искушеннее своих недальновидных коллег. Судя по той информации, которую удалось получить «Времени», любимейшие министры Ипатова знали о его отставке заранее. Так, например, управляющая делами правительства Елена Каменева, по словам источника «Времени», ушла в отпуск с последующим увольнением еще в начале марта 2012 года! Надо полагать, что мудрая Елена Владимировна написала заявление на имя шефа, не проставив в нем дату.

Нельзя исключать, что вместе с ней ушел и супруг — глава КУИ Александр Бовтунов. По крайней мере, источник в правительстве области сообщил нашему корреспонденту, что г-н Бовтунов по состоянию на 27.03.2012 года находился в отпуске.

Еще раньше ушел в отпуск «серый кардинал» Ипатова, руководитель его аппарата г-н Лысов. В приемной зампреда нам сообщили, что Павел Александрович находится в отпуске и на работу уже не вернется.

С 22 марта 2012 года в отпуске «с распоряжением о снятии с должности» находится и министр области, председатель комитета по координации и контролю закупок для государственных нужд Людмила Жданова. Круг замкнулся. Самые приближенные к Ипатову министры, министры, которые работали с ним еще с 2005 года (исключением является только Павел Лысов, пришедший в правительство в 2010 году), в здание на Московской, 72 уже не вернутся.

Особняком (да простят меня читатели за каламбур) и в особняке находится еще один любимейший — зампред Ипатова Александр Жандаров. По информации, которой располагает «Время», Александр Владимирович в связи с отставкой босса срочно взял двухдневный отпуск, но к 28 марта обещал вернуться в Подкопаевский переулок. Однако и его судьбу можно предсказать на сто дней вперед.

А теперь давайте посмотрим, какая интересная закономерность скрывается за этими министерскими телодвижениями. Правительство Ипатова можно разделить на две группы — министры первого и министры второго призыва. В Советской Армии первых можно было сравнить с «дедами», а вторых — с «черпаками». Мы точно не знаем, была ли в команде Ипатова «дедовщина», но то, что «дедушки» пользовались некоторыми привилегиями (хотя бы упрощенным доступом к телу) по сравнению с «черпаками», сомнения не вызывает.

Итак, к старослужащим можно смело отнести Александра Бовтунова, Елену Каменеву, Людмилу Жданову, Александра Жандарова, Александра Бабичева. Раньше их было больше. Но некоторые «дембельнулись», например, Алексей Сорокин и Виктор Жданов. До неформального звания «дедушки» дослужился и Дмитрий Федотов, но он еще не до конца прошел обряд посвящения. К молодым можно отнести Наталью Есипову, Ирину Блохину, Гарри Татаркова, Ларису Твердохлеб, Владимира Пашкина, Владимира Синюкова и некоторых других.

Немало было в правительстве и разных «сверхсрочников», «контрактников», «салажат», но суть не в них. Батяня комбат, под которым следует понимать бывшего губернатора, манипулировал своим батальоном тактически верно. Так, на первом сроке немало скандалов разгоралось вокруг новобранцев первого призыва. Ругали и гнали в отставку Виктора Жданова, атаковали Алексея Сорокина, критиковали его так, что он седел не по дням, а по часам. Александру Жандарову устраивали такие обструкции, что он спасся только бегством в Первопрестольную. А уж Александра Бабичева как травили, мало не покажется.

Старослужащие из команды Ипатова могли бы много чего рассказать, чуть изменив слова поэта: «Весь первый срок мы были в перестрелке. Что толку в этакой безделке? Мы ждали новый срок. Повсюду стали слышны речи: «Пора добраться до картечи!» И вот на поле грозной сечи ночная пала тень». На втором сроке «старая гвардия» могла бы повторить вслед за поэтом: «Но тих был наш бивак открытый: кто кивер чистил весь избитый, кто штык точил, ворча сердито, кусая длинный ус...»

А что теперь? У Бовтунова отняли право распоряжаться городскими землями. И кто теперь вспоминает о Бовтунове? Из ведения Каменевой, которую третировали за особняк Аяцкова, особняк изъяли и передали ипотечной корпорации. И кто теперь вспоминает о Каменевой? Госзакупки теперь ведут министры, и кто теперь вспоминает Людмилу Жданову? Даже Анну Антонову убрали из комитета капитального строительства (КоКаСтра), заменив Вячеславом Мироновым, на которого и перевели огонь все батареи, когда разразился скандал вокруг перинатального центра. Но ведь центр начали строить еще при Антоновой. Кто теперь помнит ее?

На втором сроке для «старой гвардии» на поле грозной сечи действительно «ночная пала тень». Ее вывели во второй эшелон. На переформирование с последующей демобилизацией. Поведение ближнего круга, тихий уход его представителей в отпуск незадолго до отставки губернатора свидетельствует: «старая гвардия» знала об этой отставке так же, как знал о ней и Павел Ипатов. Именно он заранее предупредил старослужащих, а возможно, и принял у них заявления с открытой датой.

Актер из Ипатова скверный. Для всех остальных он попытался сыграть роль простачка (вероятно, ему кажется, что эта роль ему лучше всего удается), и, самое интересное, «молодая гвардия» в это поверила. У них даже не хватило ума подумать, а чего это Елена Владимировна и Александр Владимирович вдруг так рано в отпуск ушли?

Новые скандалы, конфликты стали теперь возникать вокруг «молодых», новобранцев второго срока. Сюда как по команде попали Гарри Татарков — закупки и модернизация образования, Лариса Твердохлеб — закупки и модернизация здравоохранения, Дмитрий Федотов (зампред на втором сроке), уличенный Счетной палатой в злоупотреблениях с жильем для детей сирот, Наталья Есипова, заподозренная в махинациях при проведении конкурса о партнерстве правительства и СМИ, Вячеслав Миронов, ставший козлом отпущения после головомойки за перинатальный центр, и т. д.

И хотя тяжелые снаряды корабельной артиллерии нет-нет да и долетали до бункеров, в которых схоронилась «старая гвардия», разграбление особняка Аяцкова свалили не на управляющую делами Каменеву, а на ипотечную корпорацию, к которой в свое время имели отношение бывший министр ЖКХ Филиппов и зампред Федотов. Новобранцы второго призыва, можно сказать, своей, часто широкой, грудью защитили «старую гвардию».

Это раньше батальоны просили огня. Теперь батальоны все больше просят рубля!
Но те, кто ушел из правительства, напрасно делают вид, что они солидарны с Ипатовым. Если бы они знали, как с их помощью он увел из-под удара старый призыв, вряд ли они пошли бы на такое самопожертвование. Ведь в первые часы о своей отставке заявили и Блохина, и Пашкин, но вовремя остановились...
Ипатов тем временем еще раз доказал, что ни на первом, ни на втором сроке правления своих он сдавать не намерен. Те, кто ушел в отставку еще на первом сроке, сейчас не бедствуют. Те, кто продолжал с ним работать на втором — выведены из-под удара. Он берег тех, с кем у него было прошлое, с кем он делил бизнес, с кем у него будет будущее, если его простят. Но в бой он отправлял молодых, неопытных, необстрелянных наемников, преимущественно из числа саратовских. Пушечное мясо второго срока, наивные романтики «другого губернатора», они готовы были разделить с ним горечь отставки в то время, как «старая гвардия» уже паковала чемоданы, чтобы тихо и незаметно уйти из правительства, а заодно уйти и от ответственности.