Пять лет назад автору этих строк лично удалось пройти через все тернии представления к государственной награде России. Впечатления от этого оказались настолько яркими, что и сегодня не покинули мою память. Да и сама процедура за прошедшие годы не претерпела особых изменений. О ней я и хочу рассказать.

Всё началось в апреле 2003 года с приглашения к тогдашнему главному федеральному инспектору Ринату Халикову. Ринат Шавкятович был немногословен и известил меня о том, что принято решение представить меня к государственной награде. После чего я был передан на попечение тогдашнему помощнику ГФИ Андрею Костенко, которому было поручено дать мне все необходимые разъяснения и помочь решить формальности. Из пояснений Костенко следовало, что инициатором награждения выступил тогдашний полпред президента Сергей Кириенко. Вроде бы, Кириенко был намерен 12-го июня в День государственного суверенитета России провести у себя в резиденции в Нижнем Новгороде приём, на котором наградить наиболее отличившихся региональных журналистов. Соответствующее поручение уже спущено на места и начало выполняться. В качестве наиболее достойных саратовских журналистов ГФИ Халиков определил корреспондента «Богатея» Александра Крутова и руководителя радио «Эхо Москвы — Саратов» Владимира Щербакова.

Примерно за месяц до приглашения к ГФИ на меня было совершено бандитское нападение, третье по счёту за период моей журналистской деятельности в Саратове. Злоумышленники завладели моим портфелем, в котором, как они считали, вполне могли находиться материалы о скандальном инциденте с тогдашним спикером областной Думы Сергеем Шуваловым, приключившемся в самолёте при возвращении из Китая. Однако организаторы этого нападения просчитались. Статья о фабрикации компромата против Шувалова вышла несмотря ни на что, хотя её автору и пришлось три недели провести на больничном. С учётом этих недавних событий я рассчитывал на какую-либо «героическую» или сугубо профессиональную награду. Скажем, медаль «За отвагу», Пушкина или «Защитнику свободной России» была бы вполне уместна. Однако Костенко быстро умерил мой пыл и сообщил, что в аппарате полпреда дано указание представлять журналистов именно к медали «За заслуги перед Отечеством» 2-й степени. Иными словами, мне недвусмысленно дали понять, что ни конкретные журналистские заслуги, ни троекратно пролитая при исполнении профессионального долга кровь в зачёт не идут. Просто я «попал в струю» очередной праздничной кампании, в рамках которой и должен быть отмечен конкретной, уже предварительно согласованной где-то наверху медалью.

Вместе с разъяснениями я получил и перечень необходимых документов, которые должен подготовить каждый представленный к государственной награде. Основным документом здесь является «наградной лист» стандартной формы, утверждённой соответствующим указом президента. Наградной лист состоит их четырёх страниц, каждую из которых надлежит заполнить на компьютере. На первой странице помещаются основные анкетные данные награждаемого и его фото. На второй — хронология всего трудового пути с указанием наименования занимаемых должностей и названием предприятий, начиная с молодости и кончая моментом представления к награде. Третья страница наградного листа содержит текст с описанием конкретных заслуг представленного к награждению, заверенный подписью и печатью руководителя предприятия. И, наконец, последняя четвёртая страница является в данном документе самой любопытной. Именно эта четвёртая страница превращает наградной лист в своеобразный «бегунок», вынуждающий его владельца к «путешествию» по инстанциям и сбору подписей должностных лиц. Как уже было сказано, существующим Положением о госнаградах императивно закреплён порядок выдвижения на награду «снизу». Поэтому графы с указанием должностных лиц на четвёртой странице наградного листа следует воспринимать, как формализованное на бумаге отражение этого порядка.

В первой графе содержатся подписи председателя и секретаря «собрания трудового коллектива», которое якобы выдвинуло своего коллегу на награждение. Здесь же указывается дата и номер протокола этого собрания. Затем «решение трудового коллектива» должно найти поддержку у руководителя предприятия, что также требует подтверждения подписью и печатью. Далее наградной лист должен поступить на утверждение к главе органа местного самоуправления. Применительно к моим документам в 2003 году это был мэр Саратова Юрий Николаевич Аксёненко. Опять подпись и печать. И уже затем наградные документы поступают на подпись к губернатору области. Именно он формально является последней согласующей инстанцией в регионе. Но это только формально, поскольку пакет наградных документов, отправляемых для согласования полпреду президента в Нижний Новгород, должен содержать ещё и резюме на награждаемого от главного федерального инспектора. И хотя участие ГФИ в наградном листе никак не отражено, тем не менее, роль его значительна. Мнение ГФИ фактически является основным аргументом при согласовании наградных документов полпредом президента. Подпись полпреда как раз и является последней перед отправкой наградных документов в Москву в администрацию президента.

Однако помимо наградного листа представляемый к награде должен представить ещё три документа. Во-первых, это ксерокопия листов из трудовой книжки, заверенных подписью руководителя и печатью предприятия. Данные ксерокопии нужны для подтверждения сведений о вашей трудовой биографии, изложенных на второй странице наградного листа. Кроме этого в пакет наградных документов необходимо представить две справки об отсутствии на предприятии, где трудится представляемый к награде, задолженности по зарплате и задолженности по налогам. Совершите вы хоть трижды геройский поступок, но без этих справок ваши наградные документы за пределы здания на Московской, 72 не выйдут!

Как сообщили нам в отделе наград областного правительства, требование этих справок обусловлено рекомендациями, содержащимися в инструктивном письме Комиссии по государственным наградам при Президенте Российской Федерации от 11 ноября 1996 года. Спустя десять лет, т.е. 31 июля 2006 года, данное письмо вышло в новой редакции, тем не менее, превратившаяся в обязательное требование «рекомендация» предоставлять упомянутые выше справки в нём сохранилась.

Справку о том, что в редакции газеты «Богатей» отсутствует задолженность по зарплате, мне выдали в родном коллективе, что называется, «не отходя от кассы». Лично я до сих пор не понимаю, зачем понадобилось «городить огород» с подобной справкой. Ведь если человек хорошо работает и пользуется уважением в коллективе, любой здравый руководитель немедленно такую справку выдаст. Причём выдаст тем более охотно, чем большая задолженность по зарплате существует перед этим работником. Ведь эта справка является своеобразным залогом того, что в будущем награждаемый работник будет также лоялен к руководителю и не станет прибегать к судебным или иным инстанциям при защите своих трудовых прав.

Но зато вторая справка об отсутствии у организации задолженности по налогам является серьёзным административным барьером на пути к награде. Следует пояснить, что налоговая отчётность в современной России ведется ежеквартально. То есть по завершении каждых трёх месяцев бухгалтеры каждого предприятия или организации подают в налоговую инспекцию свои отчёты. Там эти отчеты проверяются и по результатам этой проверки делаются выводы. Организаций, состоящих на налоговом учёте, в каждой МРИ великое множество, так что процедура проверки затягивается на месяц-полтора. И даже если вашу организацию проверили в числе первых — не факт, что ваш бухгалтер тут же принесёт вам вожделенную справку. Ведь у налоговых инспекторов масса работы по проверке других организаций. В результате только благодаря одной этой справке подготовка пакета наградных документов тормозится на полтора-три месяца в зависимости от того, как кому повезёт. Лично мне повезло: к концу мая после неоднократных просьб наш главный бухгалтер всё же сумела заполучить для меня этот документ. К тому времени удалось подготовить все прочие документы и собрать подписи на наградной лист вплоть до главы органа местного самоуправления включительно.

В итоге в начале июня документы в полном объёме отправились на подпись к губернатору Аяцкову. Но через пару недель выяснилось, что я слишком рано радовался. Милый женский голос из отдела наград правительства области известил меня по телефону о том, что губернатор не подписал мои наградные документы. Правда, тут же последовало разъяснение, что никакой моей вины в том нет, как нет и претензий у Дмитрия Федоровича ко мне лично. Просто мэр Саратова Юрий Аксененко превысил свои должностные полномочия, а губернатор Дмитрий Аяцков не смог не отреагировать на такой возмутительный факт. Заинтригованный таким сообщением, я стремглав помчался в отдел наград, дабы узнать подробности. Оказалось, что мэр Аксененко шлепнул на мой наградной лист (кстати, и не только на мой) гербовую печать с двуглавым орлом. Губернатор же Аяцков искренне считал, что двуглавый орел является символом государственной власти, к каковой Аксененко как глава органа местного самоуправления отношения не имеет. А потому все наградные листы, помеченные аксёненковским двуглавым орлом, были возвращены награждаемым для переделки. Попутно мне было сообщено, что мэр Саратова уже признал свою неправоту и готов без промедления шлепнуть на мой наградной лист печать с тремя рыбками-стерлядками. Так оно и произошло. На процедуру переделки наградного листа и вторичный сбор подписей ушло дней десять.

Так или иначе, но в начале июля мои документы опять поступили на подпись к Аяцкову, а оттуда ушли в Нижний Новгород. После чего пару месяцев меня по этому вопросу никто не беспокоил.

Однако в начале сентября вновь раздался звонок из отдела наград. Меня известили, что мои документы из Нижнего Новгорода вновь вернулись в Саратов. Поскольку за прошедшее время справка от отсутствии задолженности по зарплате устарела и её надо «обновить». Можете сами представить ту гамму эмоций, которые вызвало у меня это известие. За одно могу ручаться на сто процентов: доминирующим из этих чувств было чувство радости оттого, что меня не попросили «обновить» справку из налоговой инспекции. На следующий день «обновлённая» справка была подготовлена и сдана на Московскую, 72. После чего в моей наградной эпопее наступил длительный перерыв. К тому времени от всего пережитого во мне появился какой-то охотничий азарт, и я предпринял определённые шаги, чтобы узнать дальнейшую судьбу своих наградных документов. Благо, что к тому времени Александр Соломонович Ландо возглавил депутатскую приёмную Вячеслава Володина в Саратове и всячески пропагандировал своего шефа как человека, готового служит землякам в Москве. Этим я и воспользовался, попросив у Ландо передать Володину мою просьбу прояснить судьбу зависших где-то документов. В то время я ещё не знал о том влиянии, которым пользуется Вячеслав Викторович Володин в комиссии по госнаградам. А влияние это очень даже существенно. В качестве примера могу сослаться на свой разговор с членом Совета федерации от Саратовской области Сергеем Шуваловым, состоявшемся в прошлом году. Сергей Алексеевич рассказал мне историю представления его к ордену, который он в итоге так и не получил, благодаря, как он считает, вмешательству «добрейшего и милейшего» Вячеслава Викторовича. Однако в декабре 2003 года я ещё не имел представления о подобных способностях Володина, а потому без опаски изложил Ландо свою просьбу. Буквально через месяц Александр Соломонович меня известил о том, что Вячеслав Викторович выполнил мою просьбу, побывал в отделе наград администрации Президента и что медали ордена «За заслуги перед Отечеством» 2-й степени мне не видать, как своих ушей. «Но ты не расстраивайся, — успокоил меня Александр Соломонович, — медаль тебе заменили на грамоту федерального министра. А она (т.е. грамота) даёт право на получение звания «ветеран труда» почище любой медали».

Однако вернусь к рассказу о собственных наградных злоключениях. ....

Прошёл ещё год и три месяца и в начале мая 2005 года меня вновь пригласили в областное правительство. На этот раз на торжественную церемонию вручения государственных наград. Подавляющее число награждённых в тот раз были ветераны Великой Отечественной войны, которым губернатор Ипатов вручал юбилейные медали к 60-летию Победы. А журналистам Александру Крутову и Владимиру Щербакову были вручены грамоты не существующего Министерства Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и средств массовых коммуникаций.

Полную версию статьи читайте в журнале «Общественное мнение».