Эпиграф

ПЕТЕРБУРГ. На годичной выставке в Академии художеств придворный живописец Маркус Ларсон выставил под видом картин полотна, на которых с различными закорючками и вычурами, полосами и зигзагами намалёваны пестрейшие краски.

Г-н придворный живописец требует за некоторые из своих, похожих на волнистый ситец, полотен по 1600 рублей серебром. Какой забавник!

«Современник». Сентябрь 1861 года.

В марте проходила вторая Московская Биеннале и самый распоследний гастарбайтер столицы мог приобщиться к современной художественной жизни, тем более что большая часть выставок работала в режиме общедоступности, то есть полной бесплатности.

Мне удалось при всеобщем гастарбайтерском ажиотаже купить билет на поезд Саратов—Москва, чтобы воочию подивиться на это проходящее раз в два года культурное мероприятие.

Не стану утомлять вас, дорогие читатели, рассказом обо всём, ограничусь лишь спецпроектом Антонио Джеузо и Натальи Косолаповой. Эти известные всему миру кураторы организовали фестиваль «Art-digitale – 2006. Пограничное состояние», проходивший с 1-го марта по 1-е апреля в Московской галерее M`Арс.

Есть две веские причины, побуждающие рассказать меня именно об этой выставке. Во-первых, это яркий пример того, каковы технические средства у художника, работающего в жанре цифрового искусства, а во-вторых, одним из участников фестиваля стала саратовская группа «Volga-drive».

Группа «Волга-Драйв» — это А. Гнутов, Саша Кулик и Лапшев Андрей, саратовские актуальные художники, известные на своей малой родине под именами Хирург, Кулик-саратовский и Дюша.

Их видеоинсталляция «Тайная жизнь углов» представляла собой комнату, где на двух углах висели светящиеся вывески «вход», а в сами углы проецировалось изображение плывущих рыб, цветов и человеческих фигур в стиле реАнимированного примитивизма. Цвета приятно розовые, голубые и лимонные. Все эти знаки, символы и фигуры проплывали сквозь оставленный для человечества месседж художников.

Пресс-релиз объяснял происходящее так: в каждом доме есть свой пыльный, таинственный угол, содержащий дверь в потустороннее; цель творческой группы — «распахнуть эти двери для простых смертных и запустить всех в царство нечеловеческого космоса».

Мне инсталляция «Волги-Драйв» понравилась — получилось действительно очень загадочно, по крайней мере колористически насыщенней черно-белого «Месседжа» художницы Вики Ломаско о значении электронной почты в жизни дигитального человека.

Наверняка у каждого ценителя прекрасного хоть раз в жизни да возникала мысль о приобретении какого-нибудь шедевра. И единственной проблемой была логическая необходимость финансовой состоятельности.

Если рассматривать доступность предмета искусства, то он рассматривался либо как дорогостоящий шедевр, либо как музейный экспонат, никоим образом не предназначенный для продажи. Всё это так и было до 21 века. Теперь же коллекционер может столкнуться с совершенно иной проблемой: а что именно ему нужно приобрести, чтобы насладиться обладанием шедевра актуального искусства?

При внимательном рассмотрении становится понятно, что мне необходимо купить как минимум один мощный компьютер, два видеопроектора и акустическую систему, принадлежащие отнюдь не художнику, а фирме-спонсору, а уж затем подкатывать с просьбой к Хирургу о том, чтобы он скинул мне на диск их волшебный групповой видеофайл.

Самостоятельно разобраться в системе продаж актуального искусства я не смогла и обратилась за консультацией к А. Гнутову. Он большую часть года проводит в Москве и является не только художником, но и куратором, а значит, должен знать об этом виде шоу-бизнеса не понаслышке.

Александр Гнутов благожелательно отнесся к моей просьбе и поделился со мной информацией о том, как обстоят дела. Он даже посоветовал мне не писать о деньгах вообще, а уж в вопросах искусства никоим образом не касаться материальной части, раскрывая для читателей лишь духовные темы.

По его словам выходило, что каким бы художник ни был, он, как правило, беден и зарабатывает себе на жизнь более приземлённым образом.

И это действительно так, подумала я, вспомнив про Диму Космонавта. Заканчивая Саратовское художественное училище, Дима Богатырёв уже был востребован публикой, его дипломная работа «Зелёная Таисия» была куплена каким-то коллекционером. Космонавт регулярно принимает участие в выставках, года полтора назад устраивал акцию в Доме Павла Кузнецова, участник Арт-Москвы 2006, но на жизнь себе зарабатывает совершенно иным способом.

Бескорыстный труд на творческом фронте может дать художнику имя, а когда появится имя, тогда, пожалуйста, продавай всё что хочешь. Чем известней имя, тем выше цены — так я себе уяснила. Тема, конечно, уже не финансовая, но вполне экономическая. Или даже политическая, близкая если не к духовности, то к идейности. И потому возник следующий вопрос: «А как можно получить имя?» и «Как вообще происходит отбор участников выставок, фестивалей и прочих художественных мегапроектов?».

В своей деятельности я уже сталкивалась со всякими литературными конкурсами и кинофестивалями: там присутствует комиссия, в которую отправляются заявки и материалы на предмет участия. Потом особо выдающимся выдают премии — либо денежные, либо в виде фигурок и дипломов.

В мире современного изобразительного искусства совершенно иная система устройства. С точки зрения А. Гнутова, которому я вполне доверяю, неизвестных участников быть не может, потому что они все уже давно известны кураторам, которые приглашают их принять бескорыстное участие в культурной жизни государства. Потому что такое участие отзовется им будущим материальным вознаграждением многократно. Для людей, оторванных от реальности, поясню: получается как и с политтехнологами.

— Ну хорошо, оставим в покое денежные премии и вознаграждения. А как же поиск новых талантов?

— Он, с одной стороны, вроде как есть, но мир актуальных художников настолько тесен, что они все друг друга знают. — ответил Хирург.

Всё это мне показалось очень странным. Согласитесь, Москва — хоть и столица и олицетворяет собой Россию, но всё же не вся Россия. Есть ведь ещё и регионы, я уж не говорю о глубинках!.. Тем более что возраст современных художников, по словам Александра, — 30-40 лет. А как же молодёжь? Вот наверняка найдётся какой-нибудь молодой 15-летний гений, проживающий в каком-нибудь Владивостоке или Магадане? Только как же он найдётся, если до Москвы 12 тысяч километров, а про него там никто не знает? Или его сразу Америка найдёт, до которой вроде как ближе?

Был такой центр поиска в Новосибирске, но с 2005 года переместился со всеми центровыми в Москву. Говорят, что уже всех нашли, больше никого в Забайкалье не осталось. В Кемерове пока ещё ищут, в Самаре и Нижнем Новгороде, в Петербурге, хотя это уже не регион, а Северная Пальмира.

Мои дорогие читатели, я верю в существование российских самородков, в народные таланты и высокую духовность русского народа!

Выйдите на улицу, посмотрите, насколько примечателен урбанизм и постиндастриал! Допустим, вы никогда не умели рисовать карандашом и писать красками, но у вас есть мобильный телефон, компьютер и видеокамера. Ваша душевная организация тянется к прекрасному и вы способны это прекрасное ценить, сохранять и передавать людям. Если вы чувствуете себя в душе художником, ощущаете необычайные приливы вдохновения и потребность творить, верите в свою счастливую звезду — не медлите!

Возьмите обычную деревянную швабру, при помощи двух саморезов прикрепите к ней прямоугольную фанерку (диагональю в 30 дюймов) с надписью «Я жду» и встаньте с нею у памятника Столыпину. Запаситесь терпением и заранее распечатанным «пресс-релизом» на тот случай, если городские власти станут интересоваться, чем вы занимаетесь. В «пресс-релизе» напишите, что ждёте куратора, который, по вашим расчётам, должен появиться со стороны нового или старого здания Радищевского музея, а может быть со стороны галереи Феникс.

Если стояние у памятника Столыпину вам покажется бесперспективным, ступайте к Дому Павла Кузнецова, к этому рассаднику современного искусства.

Только не стойте на месте, двигайтесь вперёд, ищите новые формы, наполняйте их содержанием, помните — вас ищут, и обязательно найдут!