Статьи
Порядочная Россия. Часть 3
Те, кого такое положение вещей не устроило, в лучших парижских традициях пошли 3-го и 17-го марта на Марши несогласных. Их в стране проводит форум «Другая Россия» — экстремисты, по мнению центральной власти. Определю: экстремист в наши дни — это человек, который позволяет себе действия, не согласованные с единым центром. Записным экстремистом в «Другой России», безусловно, является Эдуард Лимонов. Он стал анархистом в саратовской тюрьме, и пусть никого не сбивает с толку название его подпольной организации. Лимонов такой же национал-большевик, как Жириновский — либеральный демократ. Вообще, в форуме «Другая Россия» мы наблюдаем совершенно различные партии, порой с противоположными политическими представлениями. Тем не менее их всех объединяют схожие требования к центральной государственной власти, а именно — всеобщее избирательное право без ограничений и исключений.
Все должностные лица — будь то мэр, начальник милиции, прокурор, судья, губернатор, депутат любого уровня — должны быть избираемы, ответственны и в любое время сменяемы. Это и есть то требование, ради чего «несогласные» выходят на улицы, ибо другого способа быть услышанными у них не осталось.
Мы — говорят «несогласные» — за свою свободу заплатили очень высокую цену: мы дали развалить Советский Союз, несмотря на референдум «Да, да, нет, да». Мы отказались от уверенности в завтрашнем дне. Мы потеряли сбережения двух предыдущих поколений наших родителей. Мы отказались от права на труд, на жильё, на медицинскую помощь, на бесплатное образование для себя и своих детей. И всё это — за право свободно высказываться, за право быть избранным без аусвайса какой-то там «правящей партии» и право избирать того, кого хочется. Нас с 1991 года шестнадцать лет плющило и колбасило за эти права, мы их выстрадали. Они нам не с неба свалились. И просто так мы их не отдадим. Даже за «ради борьбы с терроризмом».
Мы — возмущаются «несогласные» — ранней смертью своих дедов-ветеранов, нищетой родителей-пенсионеров, кровью убитых бандитами ровесников-предпринимателей, изгаженным детством беспризорников сполна расплатились за право самоуправления в губернии или крае, городе или районе, КТОСе или кондоминиуме — через представителей, избранных всеобщим избирательным правом. А «режим красных полковников» нам опять насаждает местные и региональные власти, назначаемые государством.
Полная выборность, сменяемость в любое время всех без исключения должностных лиц, эти идущие от средневековых европейских коммун демократические требования объединяют интересы НБП Лимонова, НДС Касьянова, ОФГ Каспарова, служат мостиком, ведущим от Республиканской партии Рыжкова к Конгрессу русских общин Рогозина. Это не просто требование реставрации допутинского государственного устройства — без кремлёвской «вертикали власти», ставшей колом, на который насадили матушку-Россию. Марш несогласных — это требование политического совершенствования избирательной системы государства.
Сверхзадача Маршей состоит в том, чтобы указать на угнетательские функции изменений в «припутинском» избирательном законодательстве, призвать государственную власть отказаться от неправомерно присвоенных полномочий, прекратить стоять над гражданским обществом и передать бразды правления свободно избранным, ответственным, сменяемым в любое время представителям народа.
Конституция Российской Федерации, принятая всенародным референдумом в декабре 1993 г., ни на йоту не нуждается в изменениях, при исполнении требований «Другой России». Напротив, Конституция будет наполнена её исконным, первоначальным содержанием. Так, восстановится система т. н. «социальных лифтов» для молодых людей, которая, при приложении известных усилий, позволяла резко «подняться» в бизнесе или в политике. В 90-х годах прошлого столетия такое было возможно. Именно об этом пытался расспросить ведущий НТВ Владимир Соловьёв депутата Вячеслава Мальцева в третьем раунде телепрограммы «К барьеру». Сейчас подобный «подъём» — плод случайности, и случайность эта ни коей мере не зависит от молодого человека. Вот почему Марш несогласных — это дело прежде всего молодых. Возглавить же Марш в Саратове, кроме «левого радикала» Мальцева, некому.
А ты — Брут?
А пожилые люди в это время ходят на выборы: по данным социологов, 60 % избирателей — это пенсионеры. Именно пенсионеры сами себе избирают тех, кто принимает им ФЗ № 122 «О монетизации льгот». И вот, как будто специально для несогласных пенсионеров, 13-го марта 2007 г. в Санкт-Петербурге прошёл первый закрытый съезд общероссийской политической партии ПРОТИВ ВСЕХ. Инициатором создания партии стал петербургский пиармен Антон Вуйма. По отзывам прессы, на съезде присутствовали представители не менее 10-ти регионов Российской Федерации. В принципе, партия рассчитана на голоса тех, кто раньше ставил крестик в графе «против всех», а теперь не имеет возможности этого сделать. Опубликована программа партии, которая потенциально может привлечь дополнительных сторонников в эту организацию, так как содержит требование создания в России системы голосования «за отзыв политиков».
Эта система предполагает регулярное общее голосование за отставку тех политиков/чиновников, которых народ не хочет больше видеть. В трудах о политическом устройстве древнегреческих городов-государств, но самое доступное — в работах Николо Макиавелли о Римской республике можно прочитать о подобной системе, успешно действовавшей в древности и носившей название «остракизм» («острака» — это глиняный черепок, на котором во время голосования выцарапывалось имя ненавистного политика).
Отменил остракизм Гай Юлий Цезарь, погубивший Римскую республику и провозгласивший себя императором, за что 15-го марта 44 года до нашей эры был убит в римском Сенате двадцатью тремя ударами кинжалов. Из наследства римской демократии современные российские политики используют плебисцит (всеобщую поддержку), а вот об остракизме предпочитают не вспоминать.
Отцы-основатели партии «Против Всех» уверены, что система остракизма способна серьёзно снизить коррупцию и выдавить из госаппарата низкоэффективных чиновников и депутатов. Сейчас плебс не имеет возможности посредством остракизма защитить своё имущество от неуклюжего государственного/муниципального менеджмента, и это — самая главная беда демоса, прозябающего в России, как в Ейском Доме престарелых.
Эдуард АБРОСИМОВ,
Санкт-Петербург
