Таких крещенских морозов — аж плюс пять — мы еще не ощущали. Да что мы, наши деды и прадеды такого не чувствовали! Значит ли это, что мы живем во времена великих перемен? Но что же тогда, прощай все, чем гордились прежде? Все наши национальные традиции уйдут в прошлое, как призраки: зимушка-зима, генерал мороз, настоящий человек, тридцать витязей прекрасных с дядькой Черномором?..

Вот прежде как было хорошо: крещенские морозы после старого Нового года, а января 19-го — прорубь на Набережной, к проруби ковровая дорожка, рядом походная банька. С самого утра милиция в парадных валенках машинам с мигалками салютует. В машинах витязи из областной администрации едут вместе с дядькой Черномором-губернатором народ фасоном модных плавок развлечь. Еще раз показать свою национальную самоидентичность, подтвердить поговорку «Что немцу смерть, то русским — кайф». Как хорошо было — в прорубь нырнул, вылез, в палатке тебе уже праздничные 100 грамм наливают... Да и не в водке дело. В этот момент чувствовалось единение народа и власти, гордость за руководителя и его команду, собственная причастность к великому человеческому подвигу — зимнему купанию. А теперь... Где Черномор, где витязи? Впереди нас ждут фантомы будущего, Евросоюз, еврозима. Даже руководители нынешние —сдержанные политкорректные европейцы в дизайнерских костюмах. Куда-то делась прежняя народная удаль, размах, чудачества, гадания на плавках губернатора... В таких условиях старые поговорки потеряли свою значимость. Что же будем делать, если завтра война? Неужели уже ушли в прошлое «настоящие человеки», умеющие управлять боевыми самолетами и плясать «Калинку» без ног, на протезах?

Неправда, они здесь, рядом. Вчера все, кто был на Набережной, могли в этом убедиться. Несмотря на плюсовую температуру, на берегу Волги было, по крайней мере, неуютно. Ветер, дующий с востока, пригнал все льдины к саратовскому берегу. И всего–то метров десять ледяной каши вдоль Набережной, а дальше — чистая вода, плавай не хочу. Но лезть туда, в потенциальную мясорубку, где льдины на хорошей скорости с шумом бились друг о друга, лично мне не хотелось ни за какую водку. Хотя купание в таких условиях и было бы настоящим подвигом, достойным великих предков. Вообще-то хотелось, стоя без шапки на этом ветреном берегу, читать в черном плаще Твардовского: «Переправа, переправа...», ну вы понимаете. Но что я все про себя, были в этот час рядом и «настоящие человеки».

Стоявшие рядом МЧС-ники баграми расталкивали большие льдины, чтобы дать возможность совершить героический поступок каждому желающему. И такие герои находились, причем довольно много. Правда, на моих глазах никто серьезно не пострадал, но все-таки ритуальная кровь была пролита — из небольших порезов на телах купальщиков от мелких ледышек.

Зато как их встречали после купания люди, стоявшие в одежде, несумевшие перебороть собственный страх! С восторгом, как победителей, и с нежностью, как собственных неразумных детей. Ведь каждому из купальщиков могла и большая льдина в голову въехать. И тогда бы: «Кому память, кому слава, кому темная вода…».

Это уже был не праздник здоровья и закалки, а праздник испытания мужества. Хотя почему только мужества — еще и особенной российской женственности. Смотрел я на этих лихих дамочек в купальниках и понимал, что «есть еще женщины в русских селеньях». Каждый из искупавшихся символизировал национальную идею героизма, страдания и жертвенности. И уж им наливали от души — с такими героями выпить уже большая честь! Правда, попадались и мелкие жулики, пытающиеся спекулировать на мужестве героев. Один нетрезвый мужчина в кепке перемещался от компании к компании с нахальным утверждением, что он уже два раза нырял; ему мало кто верил, но в честь праздника все же наливали.

Так вот, к чему это я все? К тому, что, несмотря на погодные искушения, наш национальный характер еще крепок. Главная битва между нашими легендарными, национальными, казалось бы, уже призрачными архетипами и фантомами глобализации еще впереди. Раз наш национальный характер выстоял в еврозиму, переживет он и присоединение к Евросоюзу, и дизайнерские костюмы, и безвизовый режим.

Вася Джа