История судебного иска телеведущего Андрея Караулова против депутата ГД Валерия Рашкина показательна не только как шитая суровыми белыми нитками пиар-кампания с полным набором специфических запахов. Характерно другое: ряд ее участников уверенно, без всяких рефлексий, предъявляют окружающим весь набор этих отнюдь не тонких ароматов, настойчиво предлагая принюхаться повнимательней. Любой осведомленный персонаж процитирует здесь финал детского анекдота «и эти люди запрещают мне ковырять в носу!».

Все, естественно, началось с письма экс-министра Геворга Джлавяна Геннадию Зюганову, озвученного на всю страну Валерием Рашкиным. Сюжет этот хорошо известен, отмечу лишь два принципиальных для меня момента. Первый: Валерий Рашкин, ознакомившись с откровениями бывшего дорожника, не пустил их по сарафанному мейлу, не сделал анонимной утечки в прессу. Он выступил открыто, под своим именем, и, требуя проверки, заявлял о собственной позиции депутата и гражданина. И второе: на этом Валерий Федорович остановился, уповая на правоохранительные органы. Кроме пресловутого письма Джлавяна, да списка отечественных богатеев от журнала «Финанс», где фигурировал Вячеслав Володин и его состояние, других документов Рашкин не предоставил. То есть не провел собственного расследования, а ведь возможности у депутата нижней палаты, в отличие, скажем, от журналистов-расследователей, нерядовые. В итоге редакция «Финанса» данные по Володину витиевато дезавуировала, а письмо Джлавяна было объявлено то ли фальшивкой, то ли наговорами подследственного, запутавшегося во вранье и собственных преступлениях.

Однако для знатоков схем распределения бюджетных средств и лоббистской практики в истории с письмом Джлавяна и выступлениями Рашкина не было ничего сенсационного. Так, очередная «стыдная тайна», которую — карта так легла — предали гласности. Именно поэтому все закончившиеся пшиком проверки Генпрокуратуры по Володину и новое осуждение Джлавяна в общественном мнении роли не сыграли — тема откатов вообще труднодоказуемая, а прокурорские у нас живут не в безвоздушном пространстве. Народ — он как героиня песни: «Поверила, поверила, и больше ничего». И разубедить его бывает весьма непросто, а все действия в правовом поле только укрепляют нездоровое любопытство масс: нет, дескать, дыма без огня.

Таким образом, дальнейшие действия Вячеслава Викторовича легко просчитывались: информационный залп по Рашкину с лейтмотивом «Сам дурак!» и мощным федеральным эхом, чтобы потом незадачливый коммунист соображал, то ли он украл, то ли у него, и путался в объяснениях.

Но ведь вот незадача — по большому счету, на Рашкина ничего особенного и нет. Ну, кроме того очевидного факта, что Валерий Федорович — коммунист. (Почему-то в заявлениях его оппонентов сама принадлежность к КПРФ потихоньку превратилась в нечто не совсем приличное). Естественно, возникает тема «порочащих связей». Далеко ходить не надо — сочувствующие саратовской КПРФ бизнесмены (партнеры? друзья?) из корпорации АСТЭК. Ряд выстраивается простенький, но впечатляющий: коммунисты – Рашкин – бизнес – 90-е годы – криминал – трупы.

Маленькое отступление. Я не адвокат Рашкину и АСТЭКУ, но вот несколько аргументов, не требующих доказательств. Крупный (хотя бы в масштабах региона) бизнес обречен заниматься политикой. Это аксиома и банальность. КПРФ — легальная политическая организация, имеющая свой электорат и представительство в парламенте. Российское законодательство не запрещает как юр-, так и физлицам оказывать финансовую помощь в выборных компаниях партий и кандидатов. Ни одного судебного решения, доказывающего причастность сотрудников АСТЭКа к громким преступлениям 90-х годов, не существует в природе. В свое время Дмитрий Аяцков с Александром Мирошиным хорошо поработали на страшный АСТЭКовский миф. В плане создания реальных проблем АСТЭКовскому бизнесу у них получилось куда хуже — проверки самых разнообразных контролирующих структур потребных результатов не дали. Но Аяцкова нет, а миф остался. И новые разоблачители фактически пришли на готовенькое.

И на закуску — о 90-х. Я заметил: в последнее время Вячеслав Володин прямо-таки личным трендом сделал разоблачение 90-х годов. Время ругать легко. Занятие благодарное, но, как мне представляется, не благородное. Даже в конкретном случае: как Максим Горький книгам, Вячеслав Володин многим обязан 90-м годам — именно тогда он сделал карьеру и бизнес (что официально подтверждает) в Саратове, переехал в Москву, обзавелся нужными связями. Да, времена были странные, для многих трагические и паскудные, но попробуйте их вычеркнуть из собственной жизни!

Словом, дальше возникает программа Андрея Караулова «Момент истины» на ТВЦ. По Караулову обозначу тоже два принципиальных момента. Первый: Андрей Караулов — своеобразный рекордсмен по количеству проигранных судебных процессов. Понятно, что все серьезные журналисты, тем паче специализирующиеся на политике и расследованиях, судились и судятся, это часть профессии, но соотношение выигранных и проигранных дел обычно составляет фифти-фифти. У автора и ведущего «Момента истины» баланс резко отрицательный. Второе: с Саратовом у Караулова, как говорится, давние и прочные связи — напомню, как в свое время нашумела программа с компроматом на Юрия Аксененко и Анатолия Бондара. Через пару месяцев аяцковские политтехнологи в частных беседах особо и не скрывали как собственного участия в проекте, так и суммы контракта.

«Момента истины», из-за которого нынешний сыр-бор, я не видел. Текст передачи, впрочем, оперативно перепечатал «Политдозор». Понятно, что эфирный текст не адекватен газетному, но логический путь, на котором строятся непременные разоблачения Караулова, угадать нетрудно, тут вспоминается булгаковский Воланд. «Раз, два… Меркурий во втором доме…луна ушла…шесть – несчастье… вечер – семь… - и громко и радостно объявил: - Вам отрежут голову!». Только вот обозначенная мной цепочка от Рашкина к трупам была еще более путаной и произвольной — как если бы взрослый нетрезвый дядька рассказывал детскую страшилку, думая о своем.

Любой ТВ-профессионал знает: грош цена самым правдивым комментаторским разоблачением, если нет «подпорок». Говорящих голов, готовых, пусть косноязычно и вяло, но сказать чего-то в тему. Главное тут не качество экспертов, а в создании контента. Так кто же у нас в подпорках? Сергей Любимов, нынешний пресс-секретарь ректора СГУ и бывший милиционер-оперативник. Но — о коллегах или хорошо, или ничего. Второй эксперт куда интереснее — занимающий неслыханную прежде должность проректора СГУ по безопасности Михаил Лямин. Натурально, проректором он не родился, и является полковником РУБОП в отставке. Осужденным в 1996 году за махинации при регистрации незаконных сделок с землей. Когда г-н Лямин ушел в науку, жизнь у него наладилась — новый джип «Нисан» у 10-го корпуса СГУ (а чего стесняться в своем отечестве?), лекции студентам на свежесозданном юридическом факультете СГУ… При этом ученый Лямин интересуется у первокурсников: как, дескать, будем учить — по книгам или «по жизни»? А про жизнь полковник в отставке знает немало. Хотя иногда путается в фактах. Так, в качестве доказательства «криминальности» АСТЭКа была приведена история с убийством хозяйки магазина «Антей» г-жи Жигулиной, в результате которого, дескать, АСТЭК завладел площадями торгового центра. Однако Жигулина погибла в 1995 году, АСТЭК же приобрел «Антей» в собственность шесть лет спустя, у ПО СЭПО. Во всяком случае, так утверждает юрист компании Андрей Свиридов, и его свидетельства распространены в СМИ. Опровержений пока не последовало.

Но любопытней другое: отчего это Караулов разыскал экспертов по криминальному бизнесу не в ФСБ, милиции и прокуратуре, а в классическом университете? Похоже, нашел телеведущий в СГУ не только говорящие головы. В окружении ректора Коссовича шепчутся, будто сюжет в «Моменте истины» был университетом (Коссовичем) и проплачен. Называют даже сумму — $30 000. Если принять это за версию, цепочка выстраивается весьма убедительная. Позиции ректора Леонида Коссовича, после серии громких скандалов в универе, весьма шаткие. Но его поддерживает Вячеслав Володин — объяснять природу этой поддержки сейчас не место и не время. Словом, заработать очки перед влиятельным депутатом, да еще на столь скользкой теме — это уж, как говорят в окружении Володина, сам «шеф» велел.

А дальше выходит «Момент истины» и — предсказуемо-эмоциональная реакция Рашкина и коммунистов. «Мелкотравчатый телемерзавец» и пр. Караулову не привыкать, но все равно обидно, понять можно. Следует столь же предсказуемый иск от Караулова в Октябрьский райсуд г. Саратова. Пресс-релиз ЦК КПРФ по карауловской передаче был опубликован в партийной прессе большинства регионов и в «Советской России». «Почему он обиделся именно на нас?» — недоумевает Валерий Федорович. Это как раз неудивительно — «Советская Россия» и регионы по Джлавяну не выступали.

Защищать интересы Караулова в данном процессе будет Александр Ландо. Тут без комментариев: если учитывать юридические истории того и другого, разумно предположить, что им надо было найти друг друга — и они друг друга нашли. Наверное, не без посторонней помощи.

Выводов, собственно, по традиции этих заметок, два, и оба неприятные. Рашкин и АСТЭК — далеко не ангелы, но почему разоблачать неангелов призваны персонажи, испытывающие — во всяком случае, в региональном контексте — куда большие проблемы с репутацией? Или расчет на федеральные медиа, где все саратовские кошки серы? Но тогда, извините, вывод номер два: простым процесс явно быть не обещает, тяп-ляп не получится, и, учитывая эту самую репутацию заинтересованных лиц, те же федеральные медиа получат вагон и маленькую тележку субстанции известного цвета и запаха. А там никто не будет говорить: чума на оба ваших дома, там запросто могут объявить зачумленной зоной целый регион.

Алексей Колобродов