Главный федеральный инспектор по Саратовской области Виктор Будылев вчера грозил собравшимся в бледно-розовом зале в здании на Вольской и Шевченко уголовно-правоохранными наказаниями за нецелевые растраты при осуществлении финансирования национальных проектов. Так прямо и сказал, — что если люди, которым дали подписать акт с перечнем нецелевых расходов, не возместят уведенные в сторону деньги государству, то они зря расслабились. Потому что «контроль, надзор и око государя в Саратовской области есть». И это око считает «нарушения по нацпроектам самыми большими нарушениями». И «если люди ждут прокурора, то к ним придет прокурор».

Но люди, по крайней мере — в зале, по крайней мере — на сторонний журналистский взгляд, — гнева Виктора Будылева не боялись. Вот вышел на трибуну глава Краснокутского района Сергей Дородный. Виктор Будылев его спросил: «Нецелевое использование произошло?». «Так точно, — ответил Сергей Дородный. — Переплачено за классное руководство учителям 3 тысячи рублей». Ну и дальше о том, что специалисты управления образования не знали, что их нельзя выдавать в период, когда учитель находится на курсах повышения квалификации и на больничном. Но теперь знают, и за ошибку на них наложат взыскание. А избыточно выданные классному руководителю деньги вернут в ходе перерасчета его зарплаты буквально на днях.

Еще более умилительно звучала речь Инны Леонтьевой, вызванной на ковер ввиду отсутствия главного врача Саратовского родильного дома №2. В этом лечебном учреждении стимулирующие денежные надбавки медработникам, оказывающим помощь беременным и роженицам, в сумме 25 тысяч рублей, разделили между заместителем главврача по экономическим вопросам, заместителем главврача по организационно-методической работе, главным бухгалтером, бухгалтером расчетного стола, бухгалтером материального отдела и заведующим складом мягкого инвентаря. Инна Григорьевна доходчиво объяснила, что этих специалистов включили в категорию, достойную поощрения в рамках нацпроекта, по письму министра Сорокина. А потом выяснилось, что письмо было написано неправильно. И 25 тысяч нужно вернуть. Вернут. Потому что никто не хочет, чтобы в роддом №2 приходил прокурор. Однако выяснять — сами представители министерства, сочинявшие письмо, поняли ошибку или осознать ее им помог акт проверки роддома территориальным управлением федеральной службы финансово-бюджетного надзора в области, — не стали. Потому что этот факт нецелевого расходования бюджетных средств нацпроекта современного здравоохранения не единственный и даже не самый вопиющий. В центральной районной больнице Ал.-Гая, например, 18 тысяч рублей поделили между работниками бухгалтерии. В Татищевской районной больнице поощрили завхоза, оператора ЭВМ, уборщиц и санитаров. На 1,9 тысячи рублей. И их тоже вернут. Потому что привык российский работник бюджетного учреждения подчиняться начальству, каким бы несправедливым начальственное распоряжение ему не казалось. Начальство эту российскую черту знает и ахиллесовой пятой работников пользуется. Знает чиновничье начальство и то, что никакими моральными доводами и воззваниями к совести не прошибешь частный бизнес. И потому 300 тысяч рублей, отправленные Балашовским роддомом на счет частного охранного агентства, в бюджет не вернутся. Но руководству роддома теперь придется как-то выкручиваться, чтобы заплатить положенные по закону надбавки медработникам. Потому что второй раз на одни и те же цели бюджет денег не даст. «Этот пример граничит с криминалом», — сказал Виктор Будылев, но члены постоянно действующего совещания при федеральном инспекторе так и не узнали, накажут виновного в нецелевом расходовании средств или ограничатся взбучкой по административной линии.

Завершая свой доклад на совещании, в котором все вышеперечисленные примеры были далеко не единственными, руководитель территориального управления федеральной службы финансово-бюджетного надзора в области Евгений Ремизов попытался сформулировать проблемные вопросы, мешающие эффективности надзора за расходами национальных проектов. Коротко их можно свести к тому, что:

— отсутствуют инструкции по проведению проверок национальных проектов;

— отсутствует орган исполнительной власти, координирующий работу по подобным проверкам.

А проверки проводит на самом деле не только его ведомство. Хотя единой базы данных по результатам проверок нет. И получается, что контролеры идут друг за другом по пятам. Но все направления отдельно взятого нацпроекта все равно охватить не могут.

Евгений Андреевич поставлен на самом деле между молотом и наковальней — когда спрос за недогляд за бюджетными потоками строгий, а бдительность чревата всякими побочными осложнениями.

Вот и главному федеральному инспектору не понравился обозначенный Ремизовым поворот темы, и он его отчитал перед залом для острастки. Дескать, как это нет органа, координирующего работу по проверкам? Главный федеральный инспектор все фиксирует и передает в контрольное управление президентской администрации. При этом и главный федеральный инспектор, и контрольное управление президентской администрации, наоборот, довольны тем, что проверки ведут разные ведомства. «Получать информацию из разных источников — правильно», — заявил Виктор Будылев. А вот допускать 400 тысяч «нецелевки» в 179 млн рублей, пришедших в область из федерального бюджета на нацпроекты, — неправильно. Потому что «любые нарушения в деле финансирования нацпроектов дискредитируют саму их идею». Виктор Будылев считает, что лица, которые допускают такие нарушения, попросту «не понимают, что они делают». Наверное, Виктор Будылев хотел этим сказать, что они, эти лица, подставляют президента. Но намек вышел не очень убедительным. Потому что президента подставить можно по-разному. Например, вычитая из зарплат классных руководителей и санитарок неправильно насчитанные чиновниками копеечные выплаты.

Ольга Копшева