Кажется, нет ничего нового в тезисе: «весь мир театр, а люди в нем актеры». Главное, это понимание того, кто режиссёр?  Конечно, мы знаем, кто режиссёр в мистическом, трансцендентальном смысле. Но кто в настоящий момент из смертных претендует на роль режиссеров? Возможно, политики?

Похоже, что политики в том смысле, в котором мы воспринимали их в прошлом веке, вымерли как мамонты,  а роль идеологов-режиссеров сегодня примерили художники, кураторы, галлеристы. В прошлом году это наглядно продемонстрировала выставка, представленная в Нью-Йорке «Россия2» галлеристом и кремлевским политтехнологом Маратом Гельманом, уже названная главным художественным событием прошлого года.  Российские художники наконец-то избавились от дискурса  конца двадцатого века: Кто мы, агенты влияния Запада, заброшенные в Россию, или агенты России, заброшенные в западную субкультуру.  Осознав себя агентами  тотально заброшенными всеми, они не впали в отчаянье, а стали творить свою новую реальность. Собственно, само понятие "художник" так изменилось за последние 10-15 лет, что уже совершенно не имеет никого отношения к тому забавному человечку в блузе с носом-карандашом, знакомому нам по журналу «Веселые картинки». И вопрос Остапа к Кисе: «Скажите мне как художник художнику, а вы рисовать умеете?»,  произносится теперь уже без всякой иронии.  Сегодня художник, в современном понимании этого слова, - это творец новой реальности или, как сказал один из столпов актуального искусства Павел Пепперштейн, творец «актуального галлюциноза».  Вопрос, который задал в начале века Александр Блок, наверное, самому себе: «С кем вы, мастера культуры?», - сегодня кажется бессмысленным. Новое время подкидывает новые вопросы.
«Кто вы, мастера культуры?».
«Конечно, глядя из Саратова, трудно разобраться, все-таки мы находимся на периферии художественных  процессов», - утверждает Александр Гнутов, в прошлом актуальный саратовский художник, лидер арт-группы «Volga-Drive», а нынче модный московский галлерист. «Сегодня, чтобы разобраться в процессах, надо ехать в Москву, там нынче очень пышно, ярко происходят похороны Вавилона. Происходящее можно ассоциировать только с бредом или наваждением. Запросто можно встретить где-нибудь на серьезной выставке или на улице человека в целлофановых брюках с пристегнутым резиновым членом огромных размеров. И, что удивительно, это уже никого не шокирует. Потому что этот человек  - известный художник Владислав Малышев-Монро, очень уважаемый человек в арт-сообществе, персонаж светских и политических тусовок». Саратов, в этом смысле, намного консервативнее. Игорь Сорокин целый год работал с  социальным проектом «Музейная Долина». Но превращение городских трущоб в культурно-исторический  центр  пока не состоялось. Это, кстати, была первая ласточка, одна из первых попыток актуального массового галлюциноза в Саратове. История о несуществующей мистической реке была страшно красивой, но «потанинский гранд» кончился - кончился и проект. Но опытом  воспользовались уже другие художники.  Второй, политический, уже можно сказать успешный проект - это появление латиноамериканского революционера, с песнями, в центре Саратова, около памятника Столыпину. Оценивать этот факт, как  чисто политическое явление, бессмысленно. На наших глазах разворачивается «актуальный галлюциноз» - попытка расшатать костное восприятие, а поскольку музыкальные динамики направлены в окна городской администрации, то, видимо, это попытка расшатать именно восприятие ответственных чиновников.  Причина успеха этого перформанса, думаю, в том же, в чем неудача первого, социального проекта. В количестве денег. Накануне выборов в областную думу у художника Мальцева, возможно, оказались более состоятельные кураторы из областного правительства, чем у художника Сорокина. Ведь галлюцинировать на тему благоустройства городского ландшафта этим кураторам не интересно. В настоящих условиях, все актуальное искусство, как и все потребительское общество, замешано на деньгах.  Чем больше вложений, тем эффективней перформанс.  Удивительно, что именно Вячеслав Мальцев стал первым в Саратове, может быть, сам того не понимая, провинциальным политиком, трансформировавшимся в художника.  Или, вернее, в художественный образ политика-ребенка. Такого, который, то наденет противогаз, то снимет, то еще что-нибудь забавное покажет. Причем, уже через короткое время, мало кто помнит, ради чего все это делалось?  В памяти останутся только  трое мужчин в противогазах на снегу, одним из которых и оказался Мальцев. Теперь от него ждут только новых перформансов. Пускай они даже входят в прямые противоречия друг с другом. Неважно, что во всем этом нет никакой логики, послание все равно направлено исключительно на органы чувств.  Александр Гнутов в свое время даже предлагал Вячеславу Мальцеву через газету «Толк» присоседиться к арт-группе "Volga-Drive"  и провести в Саратове треш-фестиваль народов Саратовской области. Жалко, что предложение не было услышано, а то мы  увидели бы такие перформансы, что и столица бы завидовала. Но все равно, наконец-то, его, Мальцева, усилиями политика в Саратове  стала носить радостный, карнавальный характер. Это конечно не Рио-де-Жанейро, но все-таки забавно. И главное, есть о чем поговорить. Возможно, в рамках этого проекта, следовало бы пригласить в Саратов Уго Чавеса, гостящего сегодня в братской Белоруссии, у Лукашенко. Конечно, это потребует дополнительных затрат, но какой бы был резонанс, какой пиар! Намного больше, чем от симулякров политической деятельности в Областной думе.

Где мы, мастера культуры?

Кажется, сегодня  художники научились ретранслировать свое мироощущение обществу. Если считать, что реклама сегодня  - самый мощный элемент массовой культуры, то получается, мы все уже давно и плотно сидим на психоделиках. Покупая резинку «Дирол» или  шоколадку «Виспа», мы покупаем не продукт, а те ощущения, то восприятие мира, обещанное  нам в рекламе. Каждый раз обманываемся, но, как настоящие наркоманы, покупаем и покупаем, надеясь когда-нибудь получить обещанный эффект и улететь в сказочный мир. Но если чуть отвлечься от непрерывного потока транслируемых через ТВ галлюцинаций и заглянуть в зеркало, можно  испугаться. Мне, например, трудно представить своих родителей в моем возрасте, танцующих на ночной дискотеке, пьющих какие-то синтетические энергетики из разноцветных баночек ядовитого химического цвета. Да просто тратящих деньги на виртуальные продукты, на Интернет, сотовые телефоны. Но факт в том, что сегодня люди среднего возраста предпочитают смотреть на мир именно, как дети из ТВ рекламы - радостно и беззаботно. При этом, сами дети уже больше не нужны, они только мешают. Может случиться, что современный человек -  больше не человек, а вечный ребенок, постоянный потребитель продуктов массового галлюциноза.
Вася Джа